Лисёнок и Док: люди, изменившие мою жизнь к лучшему.

специально для проекта «Л-73»

Серия: люди, изменившие мою жизнь к лучшему

Продолжая тему.

— 1 —
Два человека, быстро и бесповоротно поменявшие мою жизнь к лучшему, возникли не так уж и внезапно, если подумать.

Они всегда шли где-то рядом, параллельным курсом, уж во всяком случае, Юля Миловидова – точно. Док появился сильно позже, а впервые с Лисёнком я пересёкся очень давно – благодаря товарищу, о котором ещё будет слово. Конец мая 2020 года. Как бы карантин, но не то чтобы вообще. Намордник обязателен к ношению, но не совсем. На улицу, с одной стороны, нельзя, но с другой — можно.

Как устраиваться на работу тем, кто её лишился – неясно.

Застрявшие между недостроем и родиной некоторые граждане из бывших союзных республик. В новостях. И продолжающиеся стройки неподалёку от центра города. В реальности.

Бестолковые патрули ниже сержантского состава на улице.

Несколько умерших людей на моей прошлогодней официальной работе.

Едущие кукухи бедолаг, что не привыкли находиться взаперти. И много других интересных вещей, которые к тому, что мне досталось подарком, прямого отношения не имеют.

Шёл свежий, тёплый, зелёный майский дождь. Мой старый японец уже который месяц обитал на другом конце Москвы у товарища, который возжелал его отремонтировать. За возможность время от времени ездить на нём, после того как три с хвостиком года пылился и ржавел в гараже у другого моего товарища. Тоже на другом, мать его, конце города. Средства на транспорт, еду и квартплату – были. Но не более того. Линия фото и видео, по большому счёту, не запущена – да и желания такого у себя не наблюдал. По сути, я доблестно топтался на месте, пытаясь понять, как малыми средствами решить глобальные задачи. В связи с реально смешной заработной платой на той официальной работе мне дали карт-бланш на то, чтобы заниматься чем-то дополнительным – если основная работа в порядке. Само собой, я услышал, понял и принял. И потихонечку готовил почву. К чему-то слабоумному, отважному и нескучному.

Больше всего на свете не люблю дожидаться чего-то. И глядя на то, как косые струи воды режут воздух, на водяную пыль, на зелень – принял решение действовать. Так, как и прежде – привлекая силы словом и мыслями. Стягивая отдельные элементы в единую систему. И отдавая этим самым людям – в десятикратном размере, если не больше.

Чего я хотел тогда? Как обычно и более всего на свете. Перемещения в пространстве-времени. Красивой, яркой картинки, которую способен воссоздавать. Быть может, не на профессиональном уровне – но уж точно лучше, чем кривые, нелепые куски блёклого фотоматериала большинства одного мотосообщества, где девушки искали место пассажирки на чьём-то борту, а владельцы мото – своих «двоек», исходя, очевидно, из принципа «села – дала».

Меньше чем за пять минут придумался текст, который рвал этот годами складывающийся стереотип. Я оказался первым мужчиной, который пожелал того, чтобы его, мужчину, прокатила какая-нибудь опытная в плане езды с пассажиром дама. На мотоцикле. Естественно, на какой-то логичной возмездной основе: горючее, простейшая еда, красивые кадры из этой поездки.

Или, по желанию – видеоклип.

Под свист, удивление, смех и фонтаны говна на мой позывной потихонечку откликнулись два пилота. Одна дама на спортивном мотоцикле, с которой, к сожалению, после долгих переговоров поездка что-то не заладилась – дай б-г ей здоровья и сил на все сезоны до конца дней. И Лисёнок.

Юля представляла, как уже потом выяснилось, проект «Л73», который являлся комплексной, очень продвинутой мотошколой, сопряжённой с ДОСААФ. Суть проекта заключалась не только довести своего ученика до сдачи на права категории «А», но и поддерживать долгое время после. Как долго — решает ученик, совершенствовать навыки езды можно бесконечно.

Рассказывать про Ленинградку можно бесконечно долго. Ссылка же – и в самом начале есть. Она там не просто так. Для тех, кто больше пяти строчек осилить в состоянии, конечно.

Суть же в другом. В день контакта с новой цивилизацией состоялась, наконец, поездка, в которой я ехал не как пассажир, а за рулём старенького «китайца». Я не буду брюзжать о том, в каком состоянии этот пепелац был.

Моя задача была – просто дотащить чортов байк из пункта «А» в пункт «Б» в колонне людей на мотоциклах. После почти четырёх лет вне мото моё кунг-фу стало не таким сильным. Как выяснилось позже, никакого кунг-фу у меня, в принципе, не было, но не суть. Когда я немного подстроился под особенности полумёртвого китайского Боливара, как только я начал ловить небывалое удовольствие от того, что просто, чёрт подери, еду – у бедолаги то ли сгорело сцепление, то ли умерла поршневая – то ли ещё какая неведомая неведомая херня случилась.

Я поехал пассажиром с Лисёнком. После того, как прокатился на тросе за Алексеем Рогожкиным. На мотоцикле. Двухколёсном. По дороге общего пользования. Как выяснилось позже, моя масса составляла семьдесят семь килограмм, и это без экипировки и пары камер, которые также достаточно громоздки – пара килограмм живой массы вместе с чехлами там должна быть точно. Со всей снарягой я примерно был под или даже за восемьдесят. А у Юли – «Suziki Intruider 400». С карданной, правда, тягой. Единственная проблема была – спокойно тронуться с места. И всё.

Так что свои пятнадцать или двадцать километров пассажиром с девушкой, которая раза в полтора меньше меня – я получил.

Юле не нужно было от меня бензина или фотосессии с условной чашкой кофейного напитка. Насколько я ничо не понял, человек от меня хотел только одного: чтобы мой разум, наконец, проснулся и начал работать на полную катушку.

Скажу точно: до встречи с «Л73» на гоночном треке разум пребывал в крайне сонном состоянии и лениво перебирал смыслы бытия, старые тексты – вяло начиная новые. Как любят говорить в некоторых кругах, «на полшишечки». Главной и ключевой фигурой в «Л73» был и остаётся Док. Или Ларс. Или Алексей Перов. Когда я впервые его увидел в шлеме и подшлемнике, когда мимолётно пожал руку – тот неторопливо проезжал мимо встрявших нас на трассе – то я подумал, что Доку не более тридцати – настолько живо человек двигается, разговаривает и ездит.

По тембру речи он слегка смахивает на Сергея Минаева, вокалиста группы «Тайм-Аута», создателя поэмы о Буратино, искромётного стиха про дятла и цикла радиопередач «Квачи прилетели». Если б не седые волосы и борода, никогда бы не подумал, что ему за пятьдесят. В пятьдесят лет большинство мужчин – другие. Полуживые. С большими пивными животами. Ленивые, малоподвижные потребители компьютерных игр в танчики или вообще – телевизора, чемпионы Российской Федерации по пивному литр-боллу.

Док не был таким. Во всяком случае, не при мне. И никогда таким не будет. Я надеюсь.

На гоночном треке я слегка прошёлся камерой по всей обстановке. Ухитрился выхватить картинок – с дороги. Люди пачкой моих карточек остались довольны. Вроде бы. Именно тогда, сидя на трибуне, я чувствовал, что все мои системы начинают работать в штатном режиме. Благодаря Лисёнку и Доку я впервые за много лет начал, наконец, жить на полную катушку – так, как и следует жить. И никак иначе.

— 2 –
Некоторое время спустя, буквально на следующие выходные, люди собрались в довольно долгий даже для «Л73» прохват. Углич, Калязин, Мышкин. До Волги и обратно, одним словом. После некоторых шевелений извилинами и метаний по мотосообществам ребята из «Л73» взяли меня на борт пассажиром.

Я взял с собой свой старенький комплект камер, на тот момент единственный: полупрофессиональную зеркальную мыльницу «Nikon D3000», купленную специально для путешествий, после сдачи на права, в 2010-м. И «Canon Legria HF 1200», взятый в 2012 году. Для съёмок и продвижения, по большей части, «Слепых гонок».

И чего-нибудь ещё.

Эта старенькая видеокамера могла работать от силы минут сорок, на ветру да прохладе – и того меньше. Автономных источников питания или дополнительных аккумуляторов у меня для неё не было, как не было и штатива, или любой другой приспособы типа «стэдикама». Мои руки были штативом. Мои руки стали «стэдикамом». Ноги стали рельсами для плавного хода камеры. Позже. Я взял из этой поездки всё, что смог. С остальным материалом помогли ребята – у некоторых были бортовые видеорегистраторы. Некоторые снимали отдельные планы на тапкофоны.

В результате получился не очень качественный, на целых десять минут, клип о нашем заезде до Волги и обратно. Могу, конечно, ошибаться. Но клип «зашёл» многим.

Впрочем, дело не в клипе. Их потом для «Л73» я наклепал довольно приличное количество. В той поездке я не мог спать, потому что не хотел пропустить полноценный рассвет. Чтобы встретить его и положить картинку в камеру.

Той же ночью Док предложил мне невероятное дело. Обучаться у него на мотоинструктора. Школе требовалось расширение инструкторского состава, и по какой-то причине Док решил, что я потяну. Главный инструктор разрывался на части, и чтобы снизить нагрузку в том числе – требовались люди.

Я, в итоге, попросил небольшой тайм-аут, чтобы всё тщательно взвесить. С моими смешными копейками это было интересное предложение, но, в целом-то, именно по баблу — засада. Да и потом, что я могу дать нулёвому новичку, если ни хрена не умею ездить сам, плюс четыре года безлошадной жизни? Ездить – это по уму. С правильной посадкой, рулёжкой, торможением. «Слепые гонки» — это, конечно, всё хорошо и замечательно. И картинг-трек на гашетке в пол почти без потерь скорости – это тоже отлично. Но это не мотоцикл. Это не трасса общего пользования. И это не ответственность за ученика. Да, на прокатном карте при должном старании можно убраться до переломов. Но всё-таки на ДОП-е за рулём мотоцикла это можно сделать гораздо эффективнее.

Причём, открыта опция даже сразу насмерть. На ровном месте. Стоит только ворон считать начать. Или романтику головного мозга подхватить.

Чего только я не прокручивал в голове, пока обдумывал. Прикидывал и так, и эдак. Потом подумал: ну вот протащило меня через этот грёбаный КАМАЗ в 2011 году. Через увольнение сначала из УгРо, затем из ОВД вообще. Протащило через слепоту товарища, через Всероссийский Государственный, мать его за ногу, Институт Кинематографии, Электростальский чаптер мотоклуба «FBMC», робкие попытки работать в охране, на стройке – и куда только меня нелёгкая не носила.

Пока я не понял. Работа на разных дядечек – не удел человека с моим мышлением. Я, конечно, дурак, что поздновато это понял. И много где ещё дурак. В этом нет никаких сомнений. Но орлу не место в курятнике. А танку – на дорогах общего пользования, или в ангаре с автобусами или такси. По мышлению и стремлению всё-таки я орёл. Может быть, не очень откромленный. И когти периодически выпадают. И перья уже не все. И зрение не такое острое. И клюв слегка треснутый.

И, в целом, не юноша со взором горящим. Уже нет.

Но есть понимание того, что орёл должен питаться свежим мясом, а не довольствоваться залежалым пшеном в кормушке. И быть вместе в строю с такими же орлами. Быть им равным по силам, по мысли, по интересам. А не пытаться объяснить, допустим, петуху, что мне неинтересно его корыто. Его долбанный куриный гарем. Как и курятник с его курами, в целом-то.

И если меня так тянет с детства к мотоциклам, если так хочется путешествовать по планете Земля, то почему бы не сделать это своей работой? Почему бы не выучиться на мотоинструктора и связать свою жизнь – с этим?

Я приготовился к сложному. И оно, это сложное, было. Рассказывать ни к чему, как Док мучился со мной. Но постепенно моя осанка стала прямой. Постепенно месяцы разъездов в противоположные концы славного града Москва в полной экипировке со шлемом наперевес – и камерами – сделали меня крепче. Сильнее.

Но Док учил меня не столько всем этим мотоциклетным штукам. По большому счёту, это было обучение Спокойствию. И не хочу сказать, что я всё понял. Я пока всё ещё становлюсь иногда резким как понос. И дерзким, как малолетний гопник. Только очень иногда. Но ничего. Я парень упрямый. У меня и от этого геморроя мазь найдётся.

— 3 –

Корки на руках. В принципе, можно учить людей. Только остаётся кое-что досдать учителю. Это будет честно и справедливо. Приобрести парк учебных мотоциклов – которые будут зарегистрированы в ГИБДД как учебные. Как минимум – две единицы. И тренировочная площадка. И помещение для их хранения. И инструментарий для их починки.

А то я ж теперь знаю этих новичков. И их склонность иногда ронять мотоциклы.

И закончить, наконец, эпопею с ремонтом моей Honda CB-400 SF 1993 года выпуска. Для езды по городу и, в целом – для предпродажной подготовки. Давно пора менять и кубатуру, и тип мотоцикла.

Если бы в 2011 году я знал, что мне на пути попадутся такие люди и такое дело – я бы не страдал хернёй, и сразу бы пошёл в мотошколу Дока. Будь в моей жизни эти люди тогда, то со мной не случилось бы то, что случилось. Ну да ладно.

Это всё прошлое. Прошлое – прошло. Не стоит ни о чём жалеть, это бесполезное, никудышное дело. Я — здесь и сейчас.

Спасибо за то, что вы у меня теперь есть, люди.



Рейтинг@Mail.ru



Рейтинг@Mail.ru





Рейтинг@Mail.ru

Лёгкая эротика.

«Даша». Январь 2017 года.

Обнажённую и полуобнажённую натуру я начал снимать ещё в 2017 году. В первую очередь, это интересная задачка. Во-вторых, чего греха таить, фотосеты с дамами разной степени лёгкости поведения приятно возбуждают. И в-третьих, это деньги.

«Наташа». Апрель 2017 года.

Первая сессия обнажёнки с полуобнажёнкой прошла у меня таким образом. Вторая — вот так. Обе дамы, что «Даша», что «Натали», у меня первыми моделями оказались. Из инструментов были: старенькая зеркалка с семилетней историей да самопальный осветительный прибор. И набор светофильтров, вырезанных из пластиковых бутылок разного цвета. Но если я хотел дать красное освещение, приходилось класть на фонарик ажурное нижнее бельё красного цвета, ибо, как нам известно, никто не продаёт пиво в баллонах красного цвета.

Я в курсе, что достаточно далёк от совершенства, и мне многому нужно учиться. Но. От одной сессии к другой мои снимки становятся лучше. Лично у меня нет сомнений в том, что скоро у меня будет достойное портфолио в этом виде изображений такого плана — а следовательно, некоторый поток постоянных клиентов. И на хлебушек с маслом, а то и с икоркой чёрной — хватит. Хотя деньги далеко не самое главное в жизни. Две фотографии как раз и есть мои первые шаги в этом направлении. Всё, что было дальше — лишь следствие того, что я смог сделать несколько лет тому назад.

Спасибо вам, девчонки.

Ладно. Меньше слов, больше дела.

Катя Гнатовская. Август 2020 года. Этот снимок вошёл в календарь клуба «Мотодружина» на 2021 год.

«Shadow Sxe». Август 2020 года.

«Вишенка». Август 2020 года.


Рейтинг@Mail.ru





Рейтинг@Mail.ru

Вишенка. Август 2020 года. Фотосессия.

Эти снимки получились благодаря клубу «Мотодружина».

Вишенка была самой удобной, самой собразительной и самой обаятельной моделью в тот день. Мне, по сути, ничего не оставалось делать, как выбирать ракурс и нажимать на кнопку. Всё остальное эта дама делала сама. Поразило то, что Вишенка — не профессиональная модель. Хотя её умению играть на камеру, её позам и красоте, разящей наповал, может позавидовать любой профи. Я считаю, в тот день мне попросту повезло с ней. Как и с большей частью моделей, впрочем.

Остальные снимки можно увидеть в моём «VK». Или, если сеть VK вас по какой-то причине не устраивает, вот тот же альбом в «Facebook».

Shadow Sxe. Август 2020 года. Фотосессия.

Эти снимки получились благодаря клубу «Мотодружина». Сессию с Тенью провёл, к сожалению, очень бегло, под вечер, после того, как снял более чем по две сотни картинок с трёх моделей, и все были очень красивыми. Поэтому получилось немного: еле стоял на ногах, еле держал новую, довольно тяжёлую, камеру. Точно мог бы лучше. Не смотря на то, что мой уровень человека с камерой не очень высокий, эта девушка оказалась сильнее моих кривых рук и усталости. В конце концов, красота девушки по прозвищу Тень — решила.

Остальные снимки можно увидеть в моём «VK». Или, если сеть VK вас по какой-то причине не устраивает, вот тот же альбом в «Facebook».

Гнатовская Екатерина. Август 2020 года. Фотосессия.

Эти снимки получились благодаря клубу «Мотодружина». С этой замечательной во всех отношениях девушкой было достаточно легко работать. И я благодарен ей, что она выбрала меня и мои камеры.

Первый снимок вошёл в календарь «Мотодружины» на 2021 год. По мнению редакции, она олицетворяет ноябрь. Хотя по мне, она, скорее, конец апреля или даже май ;-).

Остальные снимки можно увидеть в моём «VK». Или, если сеть VK вас по какой-то причине не устраивает, вот тот же альбом в «Facebook».

Павел Дрёмин: люди, изменившие мою жизнь к лучшему.

(с) http://nicksanych.ru

специально для спортивно-оздоровительного клуба «Слепые гонки»

http://blind-race.ru

ПАВЕЛ ДРЁМИН

Серия: люди, изменившие мою жизнь к лучшему

— 1 —

Первый человек, который действительно достоин того, чтобы о нём написать – здесь речь идёт о людях, которые быстро и бесповоротно изменили мою жизнь к лучшему – Павел Дрёмин. Или, как я привык его называть то ли в шутку, то ли всерьёз – Павлентий.

Итак. Было начало лета две тысячи девятнадцатого года. Я только-только, дня три как, приехал из авральной, абсолютно бесполезной в плане денег командировки из Башкирии. Мой карман был пуст. Мой организм был слегка подубит как физичиески, так и со стороны психики.

Первый раз с Павлом я пересёкся на картодроме «Серебряный дождь» в Сокольниках. Я приехал туда, в свою очередь, благодаря Владу Буяльскому. Накануне я брал у него интервью, как и у многих других наших пилотов и штурманов. Влад без особых разговоров, расспросов и размышлений снабдил меня довольно скромной, но ощутимой суммой денег – на проезд, сигареты и прочие мелочи жизни.

Я думал, что с 2011 года, общаясь время от времени в слепецкой среде, меня нечем удивить. Но пожав руку, начав разговор, и постепенно, шаг за шагом, час за часом и день за днём наблюдая за тем, как человек самостоятельно передвигается самостоятельно по славному граду Москва почти каждый день, как, где и кем человек работает – моя видавшая виды и очень много раз падавшая челюсть снова упала. И не один раз.

Работ у Павлентия на момент знакомства было целых две.

— 2 —

По порядку. Я видел и понимал, образно говоря, что мой бомбардировщик почти потерял рабочие обороты своих двигателей, получил жестокие пробоины в фюзеляже, геморрой по электрике и конкретно ободрал законцовки крыльев. Высота неумолимо уменьшалась, мой аппарат медленно снижался. И был не совсем готов к жёсткой посадке. Потому что приземляться было откровенно негде.

И только я приготовился к удару – а это, как всегда, рассказы моих «родственников по документам» о том, какой я идиот и неудачник, нравоучения в стиле «а давай ты без ног побегаешь» – Павел предложил мне пройти собеседование у себя на основной работе. На вакансию инженера-электроника – той самой специальности, которая была у меня на Петровке, во времена работы в Зональном Информационном Центре ГУВД города Москвы и Управлении Уголовного розыска. Та специальность, в которой я работал изначально. На удивление, меня приняли. Пришлось многое вспоминать, но тем не менее, голова и руки постепенно стали делать вещи, к которым серьёзно не прикасался лет девять, а то и десять.

Благодаря работе я стал вынужден рано подниматься, раскачивать изрядно заплывшие жиром извилины – в области поддержки ЛВС, создания сайтов, фотографий, целевых видео. Тем самым Павлентий, вероятно, сам того не подозревая, запустил процесс моего восстановления. Меня – настоящего, того, кто строит информационные структуры и наполняет их содержимым, которое также в состоянии создать сам. На уровне статичных изображений, движущейся картинки со звуком и текстов разного формата, смысловой направленности и объёма.

Возможно, вам это покажется чем-то новым, удивительным – чем-то, от чего, грубо говоря, ваша челюсть тоже упадёт. И не один раз.

Павлентий слепой с рождения. Работает в области IT-технологий. Особенно хорошо знает брайлевские мониторы и принтеры. Настройку ПО к этим устройствам. Кое-что понимает в структурах локальной и глобальной сети. В состоянии продумать и написать схему содержимого к любому сайту в Интернете. Одно время у Павла был свой бизнес, своя команда. И эта команда занималась разработкой мобильных приложений и web-ресурсов. Вдумайтесь, люди. Человек, у которого полностью отсутствует визуальное восприятие данных, возглавлял команду, которая разрабатывала информационные ресурсы для зрячих людей в том числе.

Вообще, одна из вещей, которые я более-менее понял об активных слепцах – а именно так себя называют незрячие – эти ребята любят и умеют читать. Когда-то в нашей стране большинство людей любило и умело читать. Сейчас у большинства людей, во всяком случае, в интернете, преобладает клиповое мышление.

У большинства. Но не у слепцов.

В отношении спортивно-оздоровительного клуба «Слепые гонки» Павел Дрёмин является действующим пилотом-инструктором.

Характер имеет настойчивый, дерзкий и даже где-то вредный. Но в любом случае, по сути своей это добрый человек, просто с лёгким налётом цинизма. И если Павлентий начинает взаимодействие с какой-либо личностью, он всегда решает вопросы в позитивном ключе.

А главное, случись какая беда – Павел Дрёмин всегда помогает тем, кто этой помощи достоин. Лично я рад, что хоть немного, но знаю его. Скажу даже больше: я горжусь тем, что его знаю. Не каждому человеку выпадает счастье быть с таким человеком, что называется, «в шаговой доступности».

Павлентий — неженат :).