Глава вторая.

БО БЕНСОН БЕРЁТ ИНТЕРВЬЮ


Сделали начальником Крика,
Свили из жил своих пряжу –
Да на морду походить стало лико,
А не заметили мы эту кражу.

Отпустили грехи чужим жёнам,
Доставали небо из сита,
Предлагали хлеба иконам –
Да иконы у нас давно сыты.

(с) Юрий Шевчук.

— 1 —

Повод подумать

ДЕЛО ЖИЗНИ И СМЕРТИ

(автор – Татьяна Витебская)

Нижегородка Алиса Исаева спасает самоубийц по Интернету.

Эта необычная девушка со сказочным именем Алиса живет в прозаической хрущевке одного из рабочих районов Нижнего Новгорода. Недалеко от ее дома — контора по оказанию ритуальных услуг. А сама она -держательница клуба самоубийц.

Нижегородка Алиса Исаева знает, кто и когда задумал покончить с собой, потому что в ее клубе решившиеся на самоубийство люди откровенно рассказывают об этом, делятся способами ухода из жизни и даже пытаются найти себе пару, чтобы одиночество не сопровождало их путешествие к смерти. Правда, сама Алиса говорит, что создала клуб не столько для самоубийц, сколько для тех, кто хочет спастись.

Алиса против того, чтобы ее клуб называли клубом самоубийц. Говорит, что это слишком примитивное понимание того, что она делает. Хотя для нее самой все началось довольно давно.

— Три года назад я зашла в книжный магазин и на глаза мне попалась книга Эдвина Шнейдмана «Душа самоубийцы». Поскольку к этому времени я окончательно повзрослела и поняла, что мне как-то надо отдавать долги этому миру, я купила книгу. Стала собирать информацию о суицидах. А потом на курсах HTML я решила создать свой сайт для самоубийц. Вот так все просто.

…Её сайт (http://alis6.narod.ru) «Маленький чуланчик на заднем дворе» существует уже три года. Это один из самых посещаемых ресурсов в Интернете. За это время его посетили тысячи людей, разочаровавшихся в жизни. На её сайте они подают миру сигналы SOS. По словам Алисы, человек подает такие сигналы там, где он может быть услышанным, ведь российское общество зачастую отворачивается от суицидников.

— Я столкнулась с новой реальностью, о которой не пишут в газетах, — грустно говорит Алиса. — На сайте рассказывают тысячи кровоточащих историй.

…Посетители сайта — дети и подростки из материально благополучных семей. В основном из Москвы и Санкт-Петербурга. Нижегородцы сайт практически не посещают. Алиса объясняет это тем, что дети, живущие в Нижнем Новгороде, пользуются домашним Интернетом не в таких количествах, как в столицах. Самому младшему посетителю сайта Алисы — 11 лет, самому старшему — далеко за сорок. В истории, рассказанные посетителями сайта, Алиса сначала не верила.

— Доходило вплоть до того, что я встречалась с этими детьми и, если они рассказывали, например, о побоях дома, просила, покажи. Когда я увидела спину девочки, которая была вся в рубцах (ее, видимо, били пряжкой от ремня), я поняла, мамы и папы бьют своих детей, встречаются просто звери, а не родители! Я сталкивалась с верующими родителями, которые исправно посещали церковь, но для своих детей были настоящими тиранами.

…Алисе знакомы многие из нашумевших в стране историй. Она хорошо знала Алену из Санкт-Петербурга, которая отравилась таблетками летом этого года.

— Девочка была талантливая, закончила школу с золотой медалью, — вспоминает Алиса. — Но жизнь для нее не имела смысла.
Самой громкой была история Оли и Жени, которые в августе этого года, взявшись за руки, спрыгнули с 17-го этажа питерского дома. Они нашли друг друга по Интернету. До этого Оля вела дневник, который до сих пор вывешен на сайте клуба самоубийц. С ней Алиса тоже общалась. Женю она не знала.

Алиса говорит, что поначалу она остро переживала смерть каждого. Но потом поняла, что дело сделано, человека уже не вернешь и надо спасать остальных.

— Нельзя допустить, чтобы уходили дети, — говорит она. — Талантливые дети! В Нижнем Новгороде был устроен опрос в одном из старших классов средней школы. Каждый второй ученик этого класса пробовал покончить с собой! Каждый год в Нижнем Новгороде уходит из жизни порядка 500 человек — это две хрущевки жутко несчастных людей!

…Ежедневно Алиса общается с людьми, пришедшими на её сайт. Начало её работы несложно. Она старается выслушать человека, и всегда быть с ним на связи, доказать ему, что он не хуже других, и что в его сложной ситуации всегда есть выход. Иногда Алисе приходится помогать не только словами, но и делом.

— У одной из девочек — Лиды, пришедших ко мне на сайт, была проблема: никто не слушал песни, которые она написала, — рассказывает Алиса Исаева. — Я познакомила ее с ребятами с НТВ. Мы проблему сняли. Две другие девчонки не могли выехать из Гонконга. Прислали письмо, что самоубийство — единственный выход: у них просрочена виза, нет денег на обратный билет. Им помогали я и иеромонах Григорий из Санкт-Петербурга. Он созванивался с консулом, помогал вернуть их на Родину. В результате девчонки живы.

…Алиса ничего не хочет распространяться о себе. Говорит только, что ей ХХ года, она имеет небольшой бизнес, чтобы хватало на жизнь.

— Я еще ничего не сделала, чтобы рассказывать о себе, — признается она. С журналистами она общается тоже по делу. Говорит, что пришло время рассказать о проблеме самоубийств и обратить на нее внимание властей. По данным Алисы, целые города охватывают эпидемии детских самоубийств. В мире ежегодно кончают с собой 20 тысяч французов, 25 тысяч японцев, 30 тысяч американцев и 57 тысяч 200 россиян! — И власти ничего не делают, чтобы заметить и решить эту проблему! — уверена Алиса. — В Нижнем Новгороде, например, нет ни одного телефона доверия, касающегося этой проблемы. Я сама проверяла, звонила и говорила, что хочу покончить с собой. По одному из номеров мне ответили: «Это ваши проблемы. Хотите — кончайте!» Разве можно так разговаривать с людьми, решившими свести счеты с жизнью? В Америке, например, для суицидников существуют желтые карточки, где написано: «Я готов покончить с собой. Помогите мне пожалуйста!» И у этого человека есть приоритет при приеме на работу, в школу, куда угодно. А у нас?

…Алиса и ее питерские друзья однажды почти случайно вышли на Владимира Жириновского. Без толку.

— Жириновский сказал нам, что самоубийцы ничего не сделали для России, — призналась Алиса. — С тех пор мы не общаемся с властями и ни на кого не выходили. Теперь мы общаемся с журналистами, чтобы они помогли донести эту проблему до общества. Если бы нам помогли организовать телефон доверия или какие-нибудь провайдеры оплачивали Интернет — ведь гигантское количество денег на него уходит — это уже было бы большим делом.

По признанию Алисы, власти делают вид, что проблемы нет. Но она существует. Алиса Исаева говорит, что людей, выбирающих смерть нужно слушать. Если не делать этого, можно запросто пойти мимо того, кто просит о помощи. И не дать ему выбрать жизнь.

Ещё один повод подумать

(статья неизвестного автора, найдено в сети)

Они ещё толком не знают, что такое жизнь, но уже хотят расстаться с нею. С виду это вполне благополучные школьники и студенты, юные талантливые музыканты, поэты, художники. Но у них есть тайная жизнь, о которой знают только такие же, как они — члены клуба самоубийц. Мы проникли в один из таких клубов и выяснили, почему так много молодых людей смертью сейчас интересуется гораздо больше, чем жизнью? Жить или не жить?

До поры до времени «клубы самоубийств» были только частью Интернета. Но летом этого года несколько трагических событий заставили заговорить о клубах самоубийц всерьез.

Нижегородка Алёна была одной из первых самоубийц. 21-летняя девушка закончила школу с золотой медалью и уехала учиться в Москву. Умная, вдумчивая — таким обычно прочат большое будущее в жизни. Но Алёна решила поставить в своей жизни точку. В начале лета этого года она отравилась таблетками…

Питерец Андрей, талантливый юный программист, сделавший свой сайт, спрыгнул с высотки в день своего 16-летия.

Самой громкой стала история Оли и Жени, которые в августе этого года в том же Питере прыгнули с 17-ого этажа. До этого Ольга пять лет вела дневник, решая, жить ли ей на этом свете. Этот дневник до сих пор вывешен на одном из сайтов о самоубийствах.

Все четверо ребят были завсегдатаями «клубов самоубийц».
Так называемые «Клубы самоубийц» — это специальные сайты в Интернете. Здесь общаются люди, которые решают для себя, быть или не быть им на этом свете. От одних только эпиграфов к сайтам мурашки бегут по коже: «Самоубийство — это сама жизнь, так как мы сами убиваем свое прошлое, начиная с детства; поэтому всегда хочется остановиться навсегда». Тут же выложены различные способы сведения счетов с жизнью, рецепты приготовления ядов, фотографии самоубийц. На некоторых сайтах можно даже подыскать партнера для совместного ухода из жизни.

Столкнувшись с трагическими последствиями этого виртуального общения отчаявшихся молодых людей, психологи забили тревогу по поводу этих клубов. Специалисты отмечают, что число самоубийств в России растет год от года. Россияне добровольно расстаются с жизнью в три раза чаще, чем остальные жители планеты! От суицида у нас гибнет больше людей, чем от рук убийц. И в основном уходят из жизни молодые люди.
Что за смертоносный вирус поразил наших соотечественников?

Чтобы разобраться в этом, мы встретились с нижегородкой Алисой Исаевой, которая основала такой клуб в Нижнем Новгороде. Сама Алиса заинтересовалась проблемой суицидов случайно. Шла по улице, зашла в книжный магазин и купила книгу Эдвина Шнейдмана «Душа самоубийцы». Стала собирать информацию, читать психологическую литературу, чтобы понять это явление — самоубийство. И практически самостоятельно стала психологом, специализирующимся на суицидах.

— Чем больше становилось информации, тем больше я внутренне содрогалась, — говорит Алиса. — Никак не удавалось смириться с мыслью о том, что в нашем мире кто-то остаётся совсем один. Один на один со смертью. И, как правило, это далеко не худшие люди, иногда — совершеннейшие дети. Не должен человек добровольно уходить из жизни, есть в этом что-то неестественное, неправильное. Родители озабочены зарабатыванием денег, государство занято экономикой, а не людьми. Остаюсь я. Значит, мне надо что-то делать. Вот я и делаю, что могу.

Сайт Алисы (http://alis6.narod.ru) существует уже три года. Это один из самых популярных ресурсов. Но он был создан для того, чтобы помочь людям сделать выбор в пользу жизни. Хотя способы отравления ядами здесь тоже есть.

— Это своеобразная приманка для суицидников, — объясняет Алиса. — Если плод становится не запретным, то он теряет сладость. Клуб самоубийц, как назвали его, на самом деле не является клубом самоубийц. Это просто место, где собираются отчаявшиеся люди. Их можно объединить по принципу непонятости миром, в каком-то смысле — неумению жить в нём. Действительно, почти каждый участник клуба самоубийц так или иначе задумывается о самоубийстве, как о возможном выходе для себя, но в основном, люди пытаются всё-таки решать проблемы жизни, а не смерти.

Первым на сайт Алисы Исаевой — «Маленький чуланчик за заднем дворе» — зашёл 18-летний парень. Наверное, сложно представить себе ситуацию кошмарней, чем та, в которую попал этот второкурсник.

Автокатастрофа отняла у него всех самых дорогих людей: мама, папа и сестра разбились на машине. Как объяснить ему, ради чего стоит жить дальше?

— На самом деле ему просто нужно было помочь пережить свое горе, — говорит Алиса. — Мы и не представляем, сколько людей остаются в такие минуты в полном одиночестве.

Потом потянулись другие собеседники. Студенты, которые не могли найти свое место в жизни. 40-летний мужчина, который тяжело переживал кризис среднего возраста. Девушка, которая писала песни, но их никто не слушал.

Но самое страшное, что чаще всего свести счеты с жизнью хотят… дети.

АХ, ЗАЧЕМ МЕНЯ МАТЬ РОДИЛА…

Причины, по которым дети уходят из жизни, взрослым кажутся чепуховыми. Весь ужас в том, что все эти «пустяки» действительно толкают молодых людей на самоубийство. Вот что писала в своем дневнике Оля, та самая девушка, которая спрыгнула с 17-этажного здания:

«Причины, по которым я не должна жить:

1. Все мои органы чем-либо больны, но больше всего я психически страдаю.
2. Я влюбилась…..безответно… и это уже не в первой. Это глупость, но я не могу с ней … бороться.
3. У меня завал с учёбой. У меня безвыходное положение. Уже ничего не сделаешь. Выгонят меня из школы.
4. Моя семья — вовсе не моя семья. Они ненавидят меня и желают моей смерти. Ну что ж, я доставлю им хоть раз в жизни удовольствие.
5. Я маленькая, толстая и не блещу красотой. А это — самое главное.
6. У меня нет никаких талантов или хотя бы способностей.
7. Меня никто не любит. Вообще никто. Конечно, за что же любить такую…они думают, что я ненавижу весь мир. Это неправда. Я люблю многих, а ненавижу лишь — (имена членов семьи — прим.) ну и конечно, себя. Мне внушали с детства что я — говно, дрянь, что я ничего не достигну, что я ненормальная, что я труслива и пр.
Я поверила в это…. но где-то в глубине я чую — это не так…»

По рассказам тех, кто знал Олю лично, она не была ни толстой, ни уродиной, хорошо училась и ничем серьезным не болела. То есть из семи ею же самой сформулированных причин для смерти отпадает половина.
Что же заставляет молодых людей, у которых, как говорится, вся жизнь впереди, выбирать смерть?

— Боль. Только эта боль совершенно особого вида — так называемая психическая боль, душевная боль, — объясняет Алиса Исаева. — Драматические моменты жизни — горе, стыд, унижение, тревога — знакомы всем. Когда переживание этих негативных эмоций становится слишком интенсивным, мы начинаем испытывать душевное страдание. К сожалению, некоторые люди живут в состоянии непрекращающейся муки.

На форуме «Маленького чуланчика» за три года побывали сотни людей. По этим историям можно было бы составить энциклопедию душевной человеческой боли. Только подобрать «обезболивающее» здесь порой бывает слишком сложно.

…20-летняя Катя (имя изменено) прошла в своей семье через все круги ада. Несколько лет подряд её насиловал родной брат. Об этом ужасе Катя не рассказывала никому. Но вскоре она забеременела и решилась признаться во всём родителям. Ей… не поверили. Предположить, что любимец семьи способен на такое?! В итоге Катя оказалась на форуме потенциальных «самоубийц». Это её и спасло. Среди участников форума нашелся парень, который смог вытащить её из этого ада. Теперь они живут вместе.

Другой участник форума страдал не только от боли душевной, но и физической. Еще в детстве он заразился какой-то инфекцией, которая постепенно подтачивала молодые силы его организма. Какие только лекарства ни использовали врачи — не помогло. Он знал, что рано или поздно всё равно умрет.

Но такие, по-настоящему отчаянные, ситуации всё-таки редкость. Чаще всего людей наталкивают на мысль о самоубийстве самые банальные и легко преодолимые проблемы: неурядицы в учебе, непонимание с родителями, временные материальные проблемы. И первое место в этом «черном списке» занимает несчастная любовь.

ЛЮБОВЬ, ЗАЧЕМ ТЫ МУЧАЕШЬ МЕНЯ?

Эти громкая история случились в нижегородской области в прошлом году. 16-летняя школьница Оля из Дзержинска полюбила незадачливого охранника из своей же школы. Но очень скоро он стал обращать внимание на других симпатичных учениц, а с Олей расстался. Тогда девушка пришла к нему домой и наглоталась таблеток. Спасти Олю не удалось: родственникам охранника даже не пришло в голову, что Оля решит расстаться с жизнью из-за такой банальной причины.

— Хотя психологи говорят, что это чепуха, но для меня несчастная любовь — это проблема номер один, — говорит Алиса. — Если проанализировать статистику моего сайта, 80 процентов всех бед — это именно несчастная любовь. Молодой человек, определяясь в этом мире, прежде всего стремится найти понимание, и для него трагедией оказывается то, что его не понимает избранник — самый дорогой человек.

Наверное, если бы взрослые имели возможность заглянуть в души своих детей, они бы знали, насколько серьезно может отозваться в детском сердце обычная ссора с близким человеком.

Вот что пишет одна из участниц форума на сайте самоубийств: «Попытка самоубийства? Я делала это не раз и, вероятно, сделаю еще. …Хотя что значит смерть физическая по сравнению с медленным умиранием при жизни — когда просыпаешься и засыпаешь с одной мольбой — о любви. Мы бежим друг к другу, спотыкаемся, мечтаем о жарких влажных поцелуях и… Находим только холод. Я умирала не от неразделенной любви. Всё это сладкий бред. Дешевые мелодрамы. Не уходят от несчастной любви. Не от этого. В мире, где нет любви, жить можно. Я могу там жить. Но не хочу».

А вы говорите — чепуха…

Я ЖИТЬ ХОЧУ, ЧТОБ МЫСЛИТЬ И СТРАДАТЬ.

Психологи считают самоубийство болезнью свободного и относительно благополучного общества. Когда люди вынуждены бороться за свое существование, за кусок хлеба, они не думают о самоубийстве. Но когда жизнь вокруг относительно стабильна, остается много времени для размышлений, рефлексий, депрессий, которые и могут привести к самоубийству.

Наверное, никто из нас не застрахован от того, что какая-нибудь самая банальная бытовая мелочь переполнит чашу терпения кого-то из наших близких. И многое зависит от того, куда он обратится со своим отчаянием.

К «клубам самоубийц» относятся по-разному. Одни считают, что сайты, где изложены методы самоубийств, провоцируют человека на роковой шаг. «Наилучшим способом является положить шею на рельсы, тогда колесо поезда сразу перебьет вам позвоночник», — советует один из клубов.

— Сайты развенчивают суицид хотя бы тем, что показывают физиологическую и психологическую непривлекательность последствий суицида, — считает Алиса Исаева. — Замалчивать суицид — это значит повышать его привлекательность, особенно в глазах молодёжи. Пока мне очень везёт, потому что ни один из посетителей моего сайта, к счастью, не ушёл в Смерть. Все они ушли в Жизнь.

Но сайт сайту рознь. Те сайты, где просто имеется несколько страниц с «Методами самоубийства», где нет никакой работы, безусловно, вредны. Для человека, оказавшегося в беде, этот сайт может стать тем местом, где он научится убивать себя.

В англоязычном Интернете провокационные ресурсы уничтожают спецслужбы. Ведь такой клуб самоубийц вполне может быть детищем сектантов или диверсантов. В российском Интернете никто за этим не следит, и с юридической точки зрения к ним не подкопаешься: в уголовном кодексе нет статьи, предусматривающей ответственность за подобные провокации.

…Перед нашим уходом Алиса Исаева загрузила свой сайт в Интернете. Ей нужно всегда быть на связи — вдруг кому-то срочно потребуется помощь. Глядя на таких людей, как Алиса, которые готовы жертвовать своим временем, деньгами, нестись в другой город, чтобы спасти человека из беды, невольно задумываешься — а что мы сами делаем для других? Не для каких-то далеких, незнакомых людей, а хотя бы для своих близких?

Ведь если мы сумеем вовремя понять боль кого-то из родных или знакомых и помочь ему — вряд ли он отправится куда-то еще искать встречи со Смертью.

— 2 —

Странные люди

***
«Маленький чуланчик на заднем дворе» оказался в поле моего зрения в июне две тысячи третьего года. В августе того же года, достаточно хорошо ознакомившись с материалами сайта, я стал пытаться наладить контакт с Алисой Исаевой.

Перед тем, как начинать большой и серьёзный разговор, я рассудил так. Уж если человек взял на себя такой груз – помогать «людям на грани», этому должна быть какая-то причина. Как говаривал один знакомый, если видишь, что человече работает «на массу» – ищи мотивацию. Что-то подсказывало и подсказывает до сих пор, что неспроста люди идут в психологию. Возможно, в ней ищут решение какой-то своей проблемы.

Поскольку психологическое консультирование – всё-таки помощь, скорее всего, через это занятие психолог чувствует свою нужность кому-то, значимость, состоятельность. Как известно, ощущение собственной нужности — чуть ли не основное в жизни каждого.

Приблизительно на такой ответ я и рассчитывал, но реальность Алисы Исаевой оказалась совсем другой.

***
После нескольких вступительных и, по большому счёту, мало что значащих фраз – но фраз, приближающих меня к контакту, я озвучил самый главный вопрос. К моему удивлению, он дал россыпь удивительных ответов и, что естественно, ещё большее количество новых загадок.

***
Бо Бенсон: Вот ты мне объясни: для кого создавался твой сайт? Для себя? Или для тех, кто пришел к тебе в гости? Это не похоже на блеф, да и эгоист из тебя неважный. Проблемы многих тебе не безразличны. Одновременно, ты понимаешь, что этим многим будто бы безразлична ты — но все продолжается. Практически никто не остается без внимания. Как бы поступал эгоист? Если это и блеф, то настолько грандиозный, что мой разум не способен оценить его величину …

Алиса Исаева: Я тебе объясняю: у меня тогда был очень маленький винчестер. И мне нужно было место, куда можно свалить всю ту информацию, которая у меня накопилась.

Бо Бенсон: Понятно. Но тогда у меня сам по себе возникает другой вопрос: почему ты сконструировала целый дом, вместо того, чтобы просто сбросить всю информацию на ftp-сервер? Дружелюбный интерфейс, снежинки, которые так и норовят догнать курсор мышки и просто запаролированное место на чьем-то винте … понимаешь, о чем я?

Алиса Исаева: Да что ты ужас-то такой говоришь-то??? Какие ftp- сервера??? Я слова-то такого не знала, мне и в голову тогда не могло придти, что файлы можно было просто залить куда-то и не парится… Да и плюс ко всему, это — какая-никакая, а учёба, способ узнать что-то новое, а учится лучше всего на практике. Зато теперь я знаю, как делаются сайты, как они поддерживаются, как они раскручиваются, это — опыт. Сам по себе он ничего не значит, но приятно осознавать, что ты добилась что-то собственными усилиями. Это ещё одно подтверждение того, что я живая. Я часто оставляю подобные метки, для того, чтобы самой об этом ненароком не забыть. Плюс ко всему я уже третий год, похоже, безнадёжно жду человека, который придёт и скажет мн, что же мне делать. Я настолько устала, что мне уже становится всё равно — истинность или неистинность. Пусть он будет хотя бы убедительным. Мне бы выжить, я же всё понимаю.

Бо Бенсон: Да никакой это не ужас, а вполне себе естественное понятие типа html-кода, которое любой закипающий чайник заваривает в себе на первых порАх. И парАх. Ладно, это уже не столь важно: я уловил суть. Просто с точки зрения простого работяги в смежной области это странным показалось. Алиса, вот мое видение ситуации. Человека, который бы пришел к тебе и сказал бы, что делать, ты ждала с самого начала — три года назад. Если начало было именно тогда. Это не человек «плюс ко всему», это сам сайт «плюс ко всему», для него/неё. Чтобы как минимум пришел, увидел, пригляделся бы повнимательнее. А как максимум — взял бы да и помог. Если я все правильно понял. Та цель, которая была раньше, не выполняется: теперь к тебе приходят люди, которые сами нуждаются в помощи.

Алиса Исаева: Не, ну ты странный… А почему это всё не совместить-то, что в этом неестественного? Любой поступок, осуществляемый мной в жизни, не несёт только одного чего-то. Я давно привыкла жить так, что занимаясь какой-либо деятельностью, я пытаюсь убить максимально большое количество зайцев. Я по жизни такая, ты расставил акценты так, как увидел, но для меня все эти цели — абсолютно равнозначны. Сайт — не для него/неё, стала бы я связываться из-за кого-то с сайтом, шутишь… Это хлопотно и дорого, пойти на такое я могу только ради интересующей меня информации. А люди, собственно, с самого начала приходили. Так что в этом смысле, цель никогда не выполнялась. Да мне кажется, что она и не может выполниться — не шатаются умные люди по сайтам, умные люди живут … живут правильно. Интернет же — танцплощадка выпендрёжная, сидят на разных концах земли прыщавые юнцы, в остроумии изощряются. А может, не прыщавые, а может, и не юнцы, но то, что каждый из нас убогий в каком-то смысле — стопудово. Не были бы убогими — не боялись бы себя в реале показывать, и на инет времени бы элементарно не оставалось.

Бо Бенсон: Я не странный, просто моя точка зрения отличается от твоей. Понимаешь, когда мне говорят что-то, у меня есть такая вот дурная привычка: воспринимать слова буквально. То есть, для меня слово значит только то, что оно значит. Ты говоришь — я сделала свой сайт, потому что у меня был маленький винчестер и нужно было куда-то скинуть инфу. Ни больше, ни меньше — я же не знал, что у тебя многозайцевый подход. Я думаю, что когда-нибудь нужный человечек объявится. По поводу сайтов и умных людей … умные люди их создают. А вообще — все зависит от того, что ты вкладываешь в сочетание «умный человек» и «правильно жить». У меня на примете куча умных людей — сценаристов, режиссеров, литераторов, аниматоров … и все шатаются по сети. В поисках нужной информации. В поисках нужных людей. Твоя точка зрения, разумеется, имеет место быть, но она одна из точек множества, и не самая верная. В сети есть место и тем, и другим. Или ты по-прежнему думаешь, что я сюда повыпендриваться пришел? Убогий — плохое слово. Скажем так, люди с недостатками. Люди без недостатков, как я полагаю, произрастают во всяческих голливудах, и в реальной жизни не встречаются. А насчет показа в реале — никакого страха нет, уж у меня, во всяком случае. Время … потраченное на сеть, я убитым не считаю.

Алиса Исаева: Ну, убогий — это слово, которое отражает. Можно сказать «ущербный». Можно много сказать, но зачем? Суть от этого не меняется, человек от которого в реальной жизни нет никакой отдачи — неполноценен. Хотя бы потому, что допускает подобное положение вещей. Допускает возможности потреблять и не благодарить за это. Как минимум это — невежливо, как максимум — подло. Не бери, если не можешь что-то отдать взамен, это куда более честно.

***
Я приятно удивился – человек действительно не брал денег за то, что делал. Когда я спрашивал, Алиса отвечала честно, а, как известно, в наше хитрое время честный ответ — редкость. В то же время, по её ответам я понимал – что-то не так. В ответах сквозила обречённость. Особенно насторожила фраза о выживании: после прочтения статей об Алисе Исаевой образ, выведенный журналистами, и реальный человек как-то странно противоречили друг другу. И первое, в чём это проявилось – пессимистичный, упаднический настрой, с которым она занималась нелёгким, ответственным делом.

Удивительно, но первый раз я увидел «настоящую» Алису Исаеву не в реальной жизни. В августе или сентябре две тысячи третьего года телекомпания «НТВ» сделала передачу, посвящённую проблемам суицида в России, где, помимо тревожной информации о текущем положении дел в стране, у Алисы брали интервью. Я увидел странную женщину и на удивление знакомый, телесного цвета «народрушный» форум.

Именно тогда до меня дошло, что самоубийство — это не интеллектуальная игра и не прихоть «глупого слабого человека», а реальная проблема, которую надо решать, но почему-то всерьёз никто этим не занимается. Кроме любителей и одного-единственного профессионала. Во всяком случае, из известных и на время 2003 года. И это, пожалуй, насторожило меня ещё больше, чем противоречия, пусть и неявные.

Мне пришла в голову другая мысль – попробовать докопаться до сути. Но, если сказать, что мной двигал интерес только этого рода, означает бессовестно солгать. Так уж получилось, что начиная с июня моего депрессивного лета две тысячи третьего года, Алиса оказалась чуть ли не единственным человеком, который начал понимать меня, давал какой-то стимул не стоять на месте, двигаться дальше. В то время я поймал себя на мысли, что испытываю симпатию к Алисе – разумеется, насколько это вообще возможно по отношению к куску текста на экране монитора. Но самое главное заключалось в том, что тяжёлые мысли ушли, как ушло одиночество. Я перестал быть угрюмым и нелюдимым, я перестал выдавливать из себя слова во время разговоров с друзьями.

Получилось так, что Алиса Исаева помогла мне, поддержала в трудное время. Я понял, что, должно быть, трудное время наступало у неё. А коли так – значит, за добро нужно платить добром, тем более, что стало заметно и её желание поговорить со мной о себе.

***
Алиса Исаева: Мне не хватает… всего… Я чувствую себя какой-то машиной, единственное назначение которой, как у трактора — пробивать непроходимые пути, кошмар какой-то. Это, кстати, к вопросу об интересе — если бы было всё честно, люди бы хотя бы поинтересовались — что я ощущаю. Но воспринимается всё как данность, типа, ты себя теряешь, а всем и пофиг, не больно-то и хотелось. Ни одна сука не спросила, где моё сердце.

Бо Бенсон: Расскажи мне, чем для тебя является это «все». Хотя бы основные составляющие этого «всего». Ты же говоришь, что тебе не хватает всего, и если я правильно понял, ты тащишь на себе какой-то груз. Расскажи мне, что собой этот груз представляет. Ты говоришь, что ощущаешь себя машиной. Скажи: это самовнушение или же просто естественный ход твоей жизни, твоего бытия в этом мире? Поясняю — для многих, в том числе и для меня, отождествление себя с неким механизмом является защитной реакцией на внешний мир, своего рода внушение себе самому мысли о своей неуязвимости, прочности, что ли. Когда занимаешься тяжелым физическим трудом, то тоже волей-неволей ощущаешь себя машиной: ведь единственное, что требуется — тягать грузы и при этом не думать ни о чем, кроме своей ходовой части (типа, выдержишь еще этот день или нет). Мыслительные процессы отключены. Это не самовнушение, это уже естественный ход событий.
Так первое или второе?

Теперь — о твоих непроходимых путях, которые ты пробиваешь. Что это за дороги и для чего/для кого ты их прокладываешь? Для себя? Для других? Ни то ни другое — просто ради процесса?

Если нетрудно, расскажи подробнее. Постарайся формулировать мысли точнее. Ведь часто люди произносят одни и те же слова, но вкладывают в них разные смыслы, что приводит к полному непониманию. Это самое непонимание приводит к тому, что отпадает всякое желание обмениваться информацией — оно просто бесполезно.

Алиса Исаева: Равнодушие, в общем-то. Обыкновенное людское равнодушие, обособленность. Я, видимо, слишком поздно осознала, что большинство из того, что люди говорят, является фикцией, просто словами для обозначения несуществующих вещей. Вещей в принципе — нет, по разным причинам. Например, потому, что они сложно очень даются, но окружающие говорят, что нет, мол, на самом деле — есть. И показывают то, что отличается от настоящей любви как трёхрублёвая блядь.
Меня всю жизнь убивало это несоответствие, ну, то есть я чувствовала, что что-то здесь не так, но верила. Теперь же понимаю, что я была права.

Я, в общем-то, поняла, что чувства слишком дорого обходятся, но совсем я их отключить всё-таки не могу, они распространяются на меня, на мой внутренний мир. Отношения же к реальному миру у меня просто нет никакого. Я действительно, к нему уже никак не отношусь, думаю, что я никогда не буду этого делать — мир этот мне не нравится, изменить его не представляется возможным. Так чего о нём думать? Я ведь, в сущности, куда более счастлива чем многие из присутствующих здесь — мне, к примеру, реально не надо думать ежедневно о хлебе насущном, я могу общаться только с теми, кто мне приятен, но в общем, я уже говорила, что это — результат того, что я знаю условия игры этого мира, но вот моих внутренних проблем это не решает. Думаю, что всё-таки не нужно быть вещью в себе, но быть вещью для кого-то?.. Тоже то ещё удовольствие. Так что ты уж сам решай — первое или второе.

Непроходимые пути — ради того, чтобы проверить — возможно это в принципе, или нет. Видишь ли, в последнее время моим любимым развлечением стало деланье чего-либо на пари, это, действительно, единственное, что я могу себе позволить. Я знаю, что никому это не нужно, это даже мне не нужно, но ведь надо же как-то себя развлечь?

Бо Бенсон: Какого рода равнодушие тебя «грузит» — твоё равнодушие к людям, равнодушное людское отношение к тебе или равнодушное отношение людей к людям?

Алиса Исаева: Третье.

Бо Бенсон: Какого рода проблемы ты называешь простыми, и какие — сложными?

Алиса Исаева: Простая проблема — заработать достаточное количество денег. Сложная проблема — засыпать и просыпаться в хорошем настроении. Сложные проблемы — те, которые касаются твоего восприятия и твоего взгляда на мир (позитивного/негативного).

Бо Бенсон: Не могла бы ты конкретизировать, если нетрудно? Раз уж речь зашла о тебе …

Алиса Исаева: Ну, к примеру… Ежедневно я покупаю фрукты в одном и том же ларьке — иногда много, иногда — мало. Там противная вороватая продавщица, которая постоянно берёт с меня больше, чем я должна. Я никогда не спорю, понимаю — постой-ка за такие гроши на улице, поворочайся-ка в грязных «дарах природы». Сейчас у меня сейчас временные перебои с деньгами, они тянуться всю эту неделю, поэтому всю эту неделю я покупаю по четыре яблока… Сегодня четверг…. Все четыре дня каждый раз одно из этих яблок оказывается откровенно гнилым, причём таким, что это видно, совершенно несъедобным. Тётенька прекрасно понимает, что у меня запара с финансами, потому что обычно я беру на пару сотен, а тут — четыре яблока… И тем не менее без зазрения совести продолжает подкладывать мне этот отстой. Это меня угнетает. Где выход? Сказать ей об этом? ТАК ОНА ЖЕ ОТ ЭТОГО НЕ ИЗМЕНИТСЯ, ОНА ПРОСТО СТАНЕТ МЕНЯ БОЯТЬСЯ. Такой ценой мне эти яблоки вообще не нужны. А между тем — это всё меня угнетает. И так — на каждом шагу. Вот, попробуй-ка, сделай что-нибудь с такой ситуацией!

Бо Бенсон: Кажется, условия задачи мне ясны. Ты хочешь кушать свежие яблоки, и при этом не напрягать тетку. И себя тоже. Я бы сделал так: в день очередной покупки яблок, подходя к ларьку, я бы этой противной продавщице улыбнулся и поздоровался — ведь продавщица меня уже знает, я у нее постоянно отовариваюсь. Не автоматом, а действительно искренне. А потом спросил бы у нее, нельзя ли мне самому выбрать те четыре яблока, которые мне понравятся.

Улыбкой и приветствием я придаю продавщице положительный импульс, при таком раскладе даже самые противные тетки меняются. И дают доступ к яблокам. Если трюк не удается — значит, это ты делаешь что-то неправильно. То ли неискренне улыбаешься, то ли угрюмо здороваешься.

Алиса Исаева: Ну, что ты за дурочку меня держишь… Естественно, выбрать самой — это первое, что надо сделать. И если бы была такая возможность, я бы не описывала именно этот случай. А положительный импульс к работникам торговли я всегда применяю. Серьёзно, ты ерунду какую-то советуешь, ну, я же не на облаке живу, да и общаться умею. И поверь, если бы мне нужно было выбить у неё четыре нормальных яблока, я бы их выбила. Дело-то совсем не в этом… Дело то в том, что я вовсе не хочу ничего выбивать. Я хочу, что бы то, за что я могу заплатить в отношениях покупатель-продавец было нормального качества. Короче, это всё свидетельствует о том, что ты меня совершенно не понимаешь. Более того — именно держишь за идиотку. Досадно.

Бо Бенсон: Я тебя понял. Но подумай: ты не сможешь забраться продавщице в голову и сделать из неё приветливого и отзывчивого человека. Тот способ, что предложил я, решает проблему — и ты кушаешь яблоки, и тётка внакладе не останется. Это как раз то, что поможет устранить лично твой дискомфорт. Дискомфорт — неприятен. Тебе, мне — да любому, кто не склонен к садомазохизму. Его можно устранить, другой вопрос в том, нужно ли. Тебе нужно? Неприятные ощущения для тебя — достаточная причина для того, чтобы их устранить?

Алиса Исаева: Нет. Это недостаточная причина. В общем, обсуждения этого совершенно бессмысленны, я много раз говорила об этом с самыми разными людьми, которые начинали примерно так же как и ты… Понимаешь, об этом, конечно, можно «Войну и мир» написать, но… Никто не в силах изменить этот мир, его законы. Его БЕССМЫСЛЕННЫЕ законы. Я бы вытерпела всё, что нужно, если бы это всё имело хоть какой-либо смысл. Нету смысла, понимаешь? Вообще нету. На самом деле всё подчинено как бы себе заграбастать побольше, ни с чем не считаясь. Мне абсолютно не жалко, просто противно очень. Я совсем разуверилась в людях, потому что вся жизнь — это просто тараканьи бега. Я так долго считала человека хорошим, я так долго верила в свет людей, что теперь, когда я понимаю, что все — сволочи, вопрос только в степени сволочизма да в масках, в которые он рядится, мне этого не воспринять. С этой мыслью невозможно жить, либо она, либо — я. Ну, ладно, это всё уже слишком серьёзно для тебя, пошли дальше.

Бо Бенсон: Воистину, пора двигаться дальше. Положим, что я действительно слишком мал или глуп для того, чтобы понять твои весьма непростые внутренние проблемы – с этим спорить не буду. Но на этом фоне мне уже становится совсем не понятно, что же двигает тобой, когда ты отвечаешь на анкеты помощи, когда выходишь на форум общаться с людьми, которые так в тебе нуждаются. Я знаю, как это трудно и непросто – не оставить без внимания каждого, кто к тебе приходит, для этого нужна огромная сила, которую нужно откуда-то черпать …силу и желание делать это.

Алиса Исаева: Людям-то надо — совсем чуть-чуть. А я не могу чуть-чуть, я могу только сразу — всё, что у меня есть, иных отношений я просто не представляю. А им — не надо всё. Поэтому мне они и кажутся мышками. А я им кошкой, наверное… А может — наоборот. В любом случае, мы не понимаем, и, главное, не любим друг друга.

Бо Бенсон: Мне это непонятно, честно. Каким образом можно отдать всего себя всего кому-то, при этом не понимая и не любя? Ведь для того, чтобы помогать людям — не просто отдельному человечку, которого ты давно и хорошо знаешь, а людям вообще — нужно любить их. Просто так, по умолчанию. Я-то думал, что у тебя это так. А получается, основной двигатель не любовь, а просто скука. Тем более, что для тебя любовь это одно из «высоких понятий, которых в принципе не существует».

Алиса Исаева: Зачем отдавать всего себя? Нет, это не так. Отдавать надо не то, что есть у тебя, а то, что человеку надо, это — большая разница. И я не виновата, что сейчас народ пошёл трусливый и, как бы это сказать… гнилой какой-то. Ну, я же, кажется, говорила — из-за скуки. И потом это замечательная гимнастика для мозгов.

***
Сопоставляя мой разговор с Алисой и разговор той же Алисы с журналистами, я увидел контраст, причём – контраст дикий. И сделал один-единственный вывод: либо врут журналисты, либо врёт она. Наивно полагая, что этот человек помогает людям потому, что любит их и не может иначе, я был не то что удивлён – ощущение было такое, словно меня огрели пыльным мешком по голове. Возможно, что я многого не понял, возможно, мой разум отказывался верить в то, что распахнулось мне во всём своём безобразии – но с того самого дня я дал себе слово разобраться во всём, изучить этого человека, как археологи изучают древние цивилизации, внезапно открывшиеся при попытке выкопать колодец.

Именно тогда я впервые задумался о том, что же в действительности двигает людьми, которые живут помощью другим людям – просто так, безвозмездно. С точки зрения банальной современной психологии это выглядело как попытка самоутвердиться, подарить самому себе ощущение своей значимости и пользы «за чужой счёт». С точки зрения христианства, это было естественной потребностью любого нормального человека – помогать ближнему. Но христианство не объясняло, в чём именно заключается мотивация, точно так же, как и банальная современная психология давала слишком простой и некрасивый ответ, который я не принял. Не принял, потому что точно знал: лично моя помощь кому-либо точно не была направлена на повышение своей значимости или поиска другой выгоды. А что значат по сравнению с моим, субъективным, мнения каких-то там психологов?

Третья глава

Глава вторая.: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *